Сингулярность в теории Большого взрыва 


     Суть гипотезы стандартной модели Большого взрыва состоит в том, что 15 – 20 млрд. лет назад космос был сжат в невообразимо крошечном объеме и очень горяч. С той поры наш мир расширяется. Есть три основных косвенных экспериментальных аргумента в пользу Большого взрыва: 1) красное смещение в спектрах далеких галактик; 2) большое количество дейтерия в космосе; 3) наличие реликтового излучения – газа ультрахолодных (всего 3 градуса Кельвина) фотонов, заполняющих всю Вселенную.
     Долгое время эти три аргумента казались вполне достаточными для того, чтобы модель Большого взрыва не только была признана, но и укрепляла свои позиции. Однако время шло, новых аргументов «за» не прибывало, а сложностей и неувязок, связанных со стандартной моделью, становилось все больше.
     В основе стандартной модели лежит сингулярность – так называемое состояние с бесконечно большой плотностью в момент большого взрыва. Модель описывает все, что происходило после нулевого момента времени, и самый мучительный вопрос для космологов состоит в том, было ли что-нибудь до этого момента, а если нет – то как и откуда возникла Вселенная.
А. Линде о некоторых несообразностях стандартной модели Большого взрыва высказался следующим образом:
     «Перечисленные проблемы в течение долгого времени казались почти метафизическими. Первый вопрос говорит сам за себя, так как его можно поставить так: «Что было, когда еще ничего не было?» Что же касается остальных вопросов, то от них всегда можно было отговориться тем, что начальные условия во Вселенной по счастливой случайности были ровно таковы, чтобы в конечном счете Вселенная приобрела как раз такой вид, какой она сейчас имеет. Еще один вариант ответа основан на так называемом антропном принципе и выглядит совершенно метафизично: мы живем в однородной, изотропной Вселенной, содержащей избыток вещества по сравнению с антивеществом просто потому, что в неоднородной, анизотропной Вселенной, содержащей равное количество вещества и антивещества, жизнь была бы невозможна, и никто не задавал бы глупых вопросов».
     Чтобы избавиться от некоторых проблем стандартной модели, был разработан сценарий раздувающейся Вселенной. Однако и раздувание (экспоненциальное расширение Вселенной) не проясняет ситуацию с наиболее трудной космологической проблемой – общей космологической сингулярностью.
Какой смысл имеет вывод о начале эволюции космологических моделей и описываемого ими реального мира? Эйнштейн считал, что указанный вывод, получаемый в общей теории относительности, свидетельствует о недостатках самой теории. Он рассуждал так. Общая теория относительности основана на разделении физической реальности на метрическое поле (гравитацию), с одной стороны, и на электромагнитное поле и вещество, с другой стороны. Но в действительности эта реальность должна быть единой, и современную теорию можно рассматривать как некий предельный случай. Когда мы пытаемся применить эту неадекватную теорию для условий большой плотности поля и вещества, мы получаем абсурдный результат: расширение пространства начинается с математической сингулярности – точки, характеризуемой нулевым объемом и бесконечной плотностью материи.
     По мнению Эйнштейна, выйти из такого положения можно, создав единую физическую теорию, которая бы свела гравитацию, электромагнетизм и вещество к единому началу – первичному полю. В единой теории вообще не должно быть сингулярностей, факт возникновения которых свидетельствует о недостатках теории.
     Попытки Эйнштейна интерпретировать особое состояние в начале эволюции нестационарных моделей (сингулярность) как проявление ограниченности общей теории относительности и создать единую теорию поля оказались, однако, безуспешными. Однако многие физики и космологи-релятивисты в настоящее время склонны считать, что упомянутая сингулярность описывает реальное физическое состояние, с которого началась эволюция.
     Если сингулярность рассматривать как начало эволюции мира, то сразу же возникает вопрос о том, что было до этого «начала». Поскольку получить достоверный ответ на этот вопрос невозможно, то в современной космологии считается неуместной сама постановка такого вопроса, хотя попытки получить такой ответ все же предпринимаются.
     Вывод о внутренней противоречивости понятия начального момента времени принадлежит Канту, который пытался доказать, что утверждение о временной бесконечности мира, равно как и противоположное ему утверждение о том, что мир имеет начало во времени, является внутренне противоречивым. Внутренняя противоречивость идеи начала времени обосновывается Кантом следующим образом: «В самом деле, допустим, что мир имеет начало [во времени]. Так как начало есть существование, которому предшествует время, когда вещи не было, то когда-то должно было существовать время, в котором мира не было, т. е. пустое время. Но в пустом времени невозможно возникновение какой бы то ни было вещи, так как ни одна часть такого времени в сравнении с другой частью не заключает условия существования, отличного от условия несуществования… Поэтому хотя некоторые ряды вещей и могут иметь начало в мире, но сам мир не может иметь начала и, следовательно, в отношении прошедшего времени бесконечен».
     Мысль о том, что для любого момента времени существует более ранний момент времени, проводимая в кантовском доказательстве, связана с ньютоновской концепцией абсолютного времени. Если принять эту концепцию, то любая постановка вопроса о начальном моменте времени, действительно, представляется противоречивой. Здесь нет никаких логических оснований для запрета вводить для каждого момента времени ему предшествующий.
     Если попытаться осмыслить сингулярности в релятивистской космологии в рамках ньютоновской времени, то можно прийти к теории сотворения мира. Действительно, если мы полагаем, что во Вселенной, как она понимается релятивистской космологией, существует некоторое конечное время, то, следовательно, она и возникла во времени. То есть было время, когда Вселенной не было. Вселенная возникла из ничего в определенный момент бесконечного ньютоновского времени.
В лейбницевской концепции времени сотворение мира в такой форме невозможно. Поскольку время неотделимо от реализующего его материального субстрата, то предполагать существование чистого времени «до» Вселенной не мыслимо. «До» Вселенной не существует не только материи, но и времени.
     Академик В. Л. Гинзбург по этому поводу пишет: «Вселенная в прошлом находилась в «особом» состоянии, которое отвечает «началу» времени, понятие о времени «до» этого «начала» лишено физического смысла… В самом деле, если можно было бы говорить о времени «до» начала эволюции Вселенной, а Вселенная при этом еще не существовала бы, то мы как раз должны были бы допустить «сотворение мира»». 
     Однако эти рассуждения сами по себе еще не ведут к опровержению теории сотворения мира (креационизму), поскольку здесь сохраняется возможность истолкования сингулярности не только как возникновения Вселенной, но и как возникновения времени. Идея сотворения мира здесь не только не опровергается, но становится более глобальной концепцией, поэтому для критики этой идеи делаются попытки ввести дополнительные философские доводы.
     Впрочем, для людей верующих такая концепция вполне приемлема. Более того, среди отцов - основателей теории Большого взрыва имя отца Жоржа стоит далеко не на последнем месте. В 1931 году профессор университета в Лувене, в Бельгии, аббат Жорж Эдуард Леметр выступил с предложением рассматривать «нуль – пункт» Вселенной как момент, когда «отец – атом» взорвался, а осколки его, первоначального комка материи, полетели (и продолжают разлетаться сейчас) в разные стороны, породив наблюдаемую Вселенную со всеми атрибутами ее пространства – времени.
      Справедливости ради следует отметить, что сам Леметр с осторожностью относился к «гипотезе творца» и в 1958 году на Сольвеевском международном конгрессе, посвященном вопросам космологии, заявил: «В той мере, в какой я могу судить, такая теория полностью остается в стороне от любых метафизических или религиозных вопросов. Она оставляет для материалиста свободу отрицать любое трансцедентное бытие. В отношении начала пространства – времени материалист может оставаться при том же мнении, которого он мог придерживаться в случае неособенных областей пространства – времени». 
     Чтобы спасти положение в вопросе о сотворении Вселенной в выражении «Вселенная конечна во времени» подразумевают под последним определенный тип времени, так называемое координатное время. Понятие координатного времени вводится для характеристики изменения радиуса кривизны пространства.

      На рисунке 1 координатное время характеризует изменение радиуса кривизны пространства конечной модели. Допустим, что современная стадия расширения соответствует точке А. Это значит, что от начала расширения прошло некоторое время tn. Координатное время t входит в выражение R(t), которое представляет собой функцию, характеризующую расширение или сжатие пространства. С увеличение t возрастает и R, т. е. расстояние между любыми точками пространства. Устремляя t к нулю, мы получаем нулевое значение R, соответствующее сингулярности. 
     Если принять во внимание вышеизложенное, то можно сделать вывод, что конечность времени Вселенной в релятивистской космологии отнюдь не безусловна. Вселенная конечна лишь в смысле весьма специального типа времени – координатного времени. Если мы заменим его другими формами времени, то получим совершенно другие результаты.
Мы могли бы измерять время до сингулярности и другим путем. Как показали В. А. Белинский, Е. М. Лифшиц, И М. Халатников и Ч. Мизнер, при сжатии пространства вблизи сингулярной точки (при малых t) основные параметры, в том числе и радиус R, осциллируют. Причем за конечное время происходит бесконечное число осцилляций. Если время измерять числом этих циклов, то оно бесконечно. 
     Рассматривался и более радикальный путь решения проблемы «начала» времени. Время в том виде, в каком мы его знаем по своему опыту и употребляем при описании эволюции Вселенной,– это некоторая последовательность событий, упорядоченная отношениями «быть раньше» и «быть позже». Такие временные отношения связаны с конкретными свойствами и законами физического мира, в котором мы живем. Можно допустить, что при высоких плотностях материи существенно меняются ее пространственно-временные свойства. Характер изменения зависит от того, как понимать сверхплотное состояние материи, соответствующее сингулярности. По мнению Леметра, сингулярность представляет собой единственный атом, равный нейтрону, который имеет массу всей Вселенной. «Если существует единственное атомное ядро,– пишет он,– то не имеет смысла говорить в связи с ним о пространстве и времени. Пространство и время являются статистическими понятиями, которые применимы к ансамблю, состоящему из большого числа индивидуальных элементов».
Рассмотренные способы преодоления парадокса «начала» времени в философской литературе основаны на более или менее спекулятивных физических гипотезах. М. Борн писал: «Вопрос, имело ли место сотворение из ничего, не научная задача, а вопрос веры, лежащей вне возможностей опыта, о чем знали уже старые философы и теологи, вроде Фомы Аквинского. Атеистам, которым не нравится «начало», потому что его можно истолковать как сотворение, следует сказать, что начало Вселенной в том виде, как она нам известна, может быть концом другой формы развития материи, хотя практически было бы совершенно невозможно узнать что-нибудь относительно этого периода, поскольку все следы были бы стерты в хаосе разрушения и перестройки».

     В замкнутой модели Вселенной имеются сингулярности в прошлом и будущем (рис. 2 а), в открытой модели (b) только в прошлом. В общем случае мировые линии всех наблюдателей внезапно начинаются в сингулярности в прошлом и, если вселенная закрыта, резко обрываются в сингулярности в будущем. Существование сингулярности, в которой резко обрываются мировые линии наблюдателей (как в прошлом так и в будущем) общее свойство вселенной, а не специфическая черта Большого взрыва.
    Главная мораль из всего сказанного состоит в том, что приблизительно 15 миллиардов лет назад каким-то чудесным образом из сингулярного состояния материи с чудовищной плотностью , и невообразимо малым размером радиуса искривленности пространства-времени , равными планковским величинам плотности и длины (см. раздел «Физика и космология» на главной странице), возникла наша Вселенная. 
     Теперь рассмотрим гипотезу С. Хоукинга, в которой он выдвинул новое понятие о «мнимом времени».
    Пока у нас еще нет полной и согласованной теории, объединяющей квантовую механику и гравитацию. Но мы совершенно уверены в том, что подобная единая теория должна иметь некоторые определенные свойства. Во-первых, она должна включать в себя фейнмановский метод квантовой теории, основанный на суммах по траекториям частицы (и по "историям" Вселенной). При таком методе в отличие от классической теории частица уже не рассматривается как обладающая одной-единственной траекторией. Напротив, предполагается, что она может перемещаться по всем возможным путям в пространстве-времени и любой ее траектории отвечает пара чисел, одно из которых дает длину волны, а другое - положение в периоде волны (фазу). Например, вероятность того, что частица пройдет через некоторую точку, получается суммированием всех волн, отвечающих каждой возможной траектории, проходящей через эту точку. Но попытки произвести такое суммирование наталкиваются на серьезные технические затруднения. Их можно обойти, лишь воспользовавшись следующим специальным рецептом: складываются волны, образующие те истории (траектории) частиц, которые происходят не в ощущаемом нами реальном (действительном) времени, а в так называемом мнимом времени. Мнимое время звучит, возможно, научно-фантастически, но на самом деле это строго определенное научное понятие. Умножив обычное (или действительное) число само на себя, мы получим положительное число. (Например, число 2, умноженное на 2, дает 4, и то же самое получается при умножении -2 на -2). Но существуют особые числа (они называются мнимыми), которые при умножении сами на себя дают отрицательный результат. (Одно из таких чисел, мнимая единица i, при умножении само на себя дает -1, число 2i, умноженное само на себя, дает -4 и т. д.). Во избежание усложнений технического характера при вычислении фейнмановских сумм по траекториям следует переходить к мнимому времени. Это означает, что при расчетах время надо измерять не в действительных единицах, а в мнимых. Тогда в пространстве-времени обнаруживаются интересные изменения: в нем совершенно исчезает различие между временем и пространством. Пространство-время, в котором временная координата событий имеет мнимые значения, называют евклидовым, в честь древнегреческого ученого Евклида, основателя учения о геометрии двумерных поверхностей. То, что мы сейчас называем евклидовым пространством-временем, очень похоже на первоначальную геометрию Евклида и отличается от нее лишь числом измерений: четыре вместо двух. В евклидовом пространстве-времени не делается различий между осью времени и направлениями в пространстве. В реальном же пространстве-времени, где событиям отвечают действительные значения координаты времени, эти различия видны сразу: для всех событий ось времени лежит внутри светового конуса, а пространственные оси - снаружи. В любом случае, пока мы имеем дело с обычной квантовой механикой, мнимое время и евклидово пространство-время можно рассматривать просто как математический прием для расчета величин, связанных с реальным пространством-временем.
     В классической общей теории относительности может существовать много разных видов искривленного пространства-времени, и все они отвечают разным начальным состояниям Вселенной. Зная начальное состояние нашей Вселенной, мы знали бы целиком всю ее историю. Аналогично в квантовой теории гравитации возможно много разных квантовых состояний Вселенной, и точно так же, зная, как вели себя в ранние времена искривленные евклидовы четырехмерные пространства в сумме по историям, мы могли бы определить квантовое состояние Вселенной. 
    В классической теории гравитации, использующей действительное пространство-время, возможны лишь два типа поведения Вселенной: либо она существовала в течение бесконечного времени, либо ее началом была сингулярная точка в какой-то конечный момент времени в прошлом. В квантовой же теории гравитации возникает и третья возможность. Поскольку используются евклидовы пространства, в которых временная и пространственные оси равноправны, пространство-время, будучи конечным, может, тем не менее, не иметь сингулярностей, образующих его границу или край. Тогда пространство-время напоминало бы поверхность Земли с двумя дополнительными измерениями. Поверхность Земли имеет конечную протяженность, но у нее нет ни границы, ни края: поплыв по морю в сторону заката, вы не вывалитесь через край и не попадете в сингулярность (я это знаю, сам объехал вокруг света!).
    Если евклидово пространство-время простирается назад по мнимому времени до бесконечности или начинается в сингулярной точке мнимого времени, то, как и в классической теории относительности, возникает вопрос об определении начального состояния Вселенной - Богу, может быть, и известно, каким было начало Вселенной, но у нас нет никаких оснований мыслить это начало таким, а не иным. Квантовая же теория гравитации открыла одну новую возможность: пространство-время не имеет границы, и поэтому нет необходимости определять поведение на границе. Тогда нет и сингулярностей, в которых нарушались бы законы науки, а пространство-время не имеет края, на котором пришлось бы прибегать к помощи Бога или какого-нибудь нового закона, чтобы наложить на пространство-время граничные условия. Можно было бы сказать, что граничное условие для Вселенной - отсутствие границ. Тогда Вселенная была бы совершенно самостоятельна и никак не зависела бы от того, что происходит снаружи. Она не была бы сотворена, ее нельзя было бы уничтожить. Она просто существовала бы.
      Хочу подчеркнуть, что данное положение о том, что время и пространство должны быть конечны без границ, есть всего лишь теоретический постулат: оно не может быть выведено из какого-либо другого принципа. Как и всякое теоретическое положение, оно может быть первоначально выдвинуто из эстетических или метафизических соображений, но затем должно пройти реальную проверку - позволяет ли оно делать предсказания, согласующиеся с наблюдениями. В случае квантовой теории гравитации такая проверка затруднена по двум причинам. Во-первых, как будет показано в следующей главе, мы еще не имеем теории, которая успешно объединяла бы общую теорию относительности с квантовой механикой, хотя нам во многом известна форма, которую должна иметь такая теория. Во-вторых, всякая модель, детально описывающая всю Вселенную, несомненно, будет в математическом отношении слишком сложна, чтобы можно было на ее основе выполнять точные вычисления. Поэтому в расчетах неизбежны упрощающие предположения и приближения, и даже при этом задача извлечения предсказаний остается чудовищно сложной.

      Если принять условие отсутствия границ, то оказывается, что вероятность развития Вселенной по большинству возможных историй пренебрежимо мала, но существует некоторое семейство историй, значительно более вероятных, чем остальные. Эти истории можно изобразить в виде как бы поверхности Земли, причем расстояние до Северного полюса соответствует мнимому времени, а размеры окружностей, все точки которых равно удалены от Северного полюса, отвечают пространственным размерам Вселенной. Вселенная начинается как точка на Северном полюсе. При движении на юг такие широтные окружности увеличиваются, что отвечает расширению Вселенной с течением мнимого времени (рис. 3). Вселенная достигает максимального размера на экваторе, а затем с течением мнимого времени сжимается в точку на Южном полюсе. Несмотря на то, что на Северном и Южном полюсе размер Вселенной равен нулю, эти точки будут сингулярными не более, чем Северный и Южный полюс на поверхности Земли. Законы науки будут выполняться в них так же, как они выполняются на Северном и Южном полюсах Земли.
      Но в действительном времени история Вселенной выглядит совершенно иначе. Десять или двадцать тысяч миллионов лет назад размер Вселенной имел минимальное значение, равное максимальному радиусу истории в мнимом времени. Затем, с течением действительного времени, Вселенная расширялась в соответствии с хаотической моделью раздувания, предложенной Линде (но теперь уже нет необходимости предполагать, что Вселенная была каким-то образом создана в правильном состоянии). Вселенная достигла очень больших размеров, а потом должна опять сжаться в нечто, имеющее в действительном времени вид сингулярности. Поэтому в каком-то смысле все мы обречены, даже если будем держаться подальше от черных дыр. Сингулярностей не будет лишь в том случае, если представлять себе развитие Вселенной в мнимом времени.
      Если Вселенная на самом деле находится в таком квантовом состоянии, то ее история в мнимом времени не будет иметь никаких сингулярностей. Поэтому может показаться, что моими последними работами о сингулярностях полностью зачеркнуты мои же старые работы о сингулярностях. Но, как уже отмечалось, главное значение теорем о сингулярностях таково: они показывают, что гравитационное поле должно стать очень сильным, так что нельзя будет пренебречь квантовыми гравитационными эффектами. Именно это ведет к выводу, что в мнимом времени Вселенная должна быть конечной, но без границ и сингулярностей. По возвращении же в реальное время, в котором мы живем, обнаруживается, что сингулярности появляются опять. Астронавт, упавший в черную дыру, все равно придет к трагическому концу, и только в мнимом времени у него не было бы встречи с сингулярностями.
      Может быть, следовало бы заключить, что так называемое мнимое время - это на самом деле есть время реальное, а то, что мы называем реальным временем, - просто плод нашего воображения. В действительном времени у Вселенной есть начало и конец, отвечающие сингулярностям, которые образуют границу пространства-времени и в которых нарушаются законы науки. В мнимом же времени нет ни сингулярностей, ни границ. Так что, быть может, именно то, что мы называем мнимым временем, на самом деле более фундаментально, а то, что мы называем временем реальным, - это некое субъективное представление, возникшее у нас при попытках описать, какой мы видим Вселенную.
       Мы можем теперь, пользуясь методом суммирования по историям и предположением об отсутствии границ, посмотреть, какими свойствами Вселенная может обладать одновременно. Например, можно вычислить вероятность того, что Вселенная расширяется примерно с одинаковой скоростью во всех направлениях в то время, когда плотность Вселенной имеет современное значение. В упрощенных моделях, которыми мы до сих пор занимались, эта вероятность оказывается весьма значительной; таким образом, условие отсутствия границ приводит к выводу о чрезвычайно высокой вероятности того, что современный темп расширения Вселенной почти одинаков во всех направлениях. Это согласуется с наблюдениями фона микроволнового излучения, которые показывают, что его интенсивность во всех направлениях почти одинакова. Если бы Вселенная в одних направлениях расширялась быстрее, чем в других, то интенсивность излучения в этих направлениях уменьшалась бы за счет дополнительного красного смещения.
      Сейчас изучаются и другие следствия из условия отсутствия границ. Особенно интересна задача о малых отклонениях плотности от однородной плотности ранней Вселенной, в результате которых возникли сначала галактики, потом звезды и наконец мы сами. В силу принципа неопределенности ранняя Вселенная не может быть совершенно однородной, потому что должны обязательно присутствовать некоторые неопределенности в положениях и скоростях частиц - флуктуации. Исходя из условия отсутствия границ, мы найдем, что в начальном состоянии во Вселенной действительно должна быть неоднородность, минимально возможная с точки зрения принципа неопределенности. Затем Вселенная пережила период быстрого расширения, как в моделях раздувания. В течение этого периода начальные неоднородности усиливались, пока не достигли размеров, достаточных, чтобы объяснить происхождение тех структур, которые мы видим вокруг себя. В такой расширяющейся Вселенной, в которой плотность вещества слабо меняется от места к месту, расширение более плотных областей под действием гравитации могло замедлиться и перейти в сжатие. Это должно привести к образованию галактик, звезд и, наконец, даже таких незначительных существ, как мы. Таким образом, возникновение всех сложных структур, которые мы видим во Вселенной, можно объяснить условием отсутствия у нее границ в сочетании с квантово-механическим принципом неопределенности.
      Из представления о том, что пространство и время образуют замкнутую поверхность, вытекают также очень важные следствия относительно роли Бога в жизни Вселенной. В связи с успехами, достигнутыми научными теориями в описании событий, большинство ученых пришло к убеждению, что Бог позволяет Вселенной развиваться в соответствии с определенной системой законов и не вмешивается в ее развитие, не нарушает эти законы. Но законы ничего не говорят нам о том, как выглядела Вселенная, когда она только возникла, - завести часы и выбрать начало все-таки могло быть делом Бога. Пока мы считаем, что у Вселенной было начало, мы можем думать, что у нее был Создатель. Если же Вселенная действительно полностью замкнута и не имеет ни границ, ни краев, то тогда у нее не должно быть ни начала, ни конца: она просто есть, и все! Остается ли тогда место для Создателя? 

    
     Полность просмотреть статью -- Сингулярность в теории Большого взрыва

Также читайте в данном разделе:

Авторский проект ZERO-GRAVITY.RU
Копирование материалов - только при согласовании и указании ссылки на сайт.